-- Ну, так вот, я сердита на вас за то, что вы лишь наполовину служите нам, то есть Хуану Мануэлю, нашему делу, мне -- всем, одним словом!
-- Почему же вы изволите говорить это?
-- Потому что вы в своей газете очень усердно проповедуете избиение унитариев-самцов, а про самок не говорите ни слова, хотя они во сто раз хуже.
-- Следует начинать с мужчин!
-- Следует и начинать, и кончать всеми сразу, но я начала бы с женщин, так как они хуже мужчин. Я передушила бы всех их поганых детенышей, как прекрасно выразился о них мировой судья Монсеррата, дон Мануэль Касаль Гаэте, который, как вы знаете, примерный федералист.
-- Прекрасно, но всему -- свое время! Унитарок я не забуду, но должен вам сказать, что и некоторые из федеральных дам относятся довольно безучастно к нашему святому делу...
-- Ну, что касается меня...
-- Я именно о вас-то и хочу говорить!
-- Гм! Вы шутите!
-- Нет, сеньора, я говорю серьезно. Недели две тому назад я доверил вам один секрет. Помните вы это?