-- Еще бы!
-- Что же ты скажешь о моей мысли?
-- Это порядочная гнусность! -- отчеканил капитан.
-- Ба-а! Разве, любезный друг, не все позволено в борьбе с испанцами?
-- Может быть... а девушка?
-- Девушки, хочешь ты сказать; их две, и обе очень хорошенькие.
-- Две девушки?
-- Да, да, и очень хорошенькие, приятель.
-- Ага! Как же ты поступишь с ними?
-- Еще не знаю, там поглядим, -- самодовольно ответил мексиканец.