-- Итак, до встречи на поле битвы. Дай Бог, чтобы я нашел там смерть!
Вдруг дверь отворилась и в комнату вбежали донья Эльмина и донья Лилия.
-- Отец! Отец! -- донья Эльмина упала к ногам дона Хосе. Тот как будто пребывал в нерешительности.
-- Отец! -- повторила девушка голосом, исполненным тоски. -- Сжальтесь надо мной!
Но гордость уже взяла верх в душе надменного дворянина; демон победил доброго ангела. Дон Хосе поглядел на бедное дитя со странным выражением и, наклонившись к ней, спросил вполголоса тоном убийственной иронии:
-- Если я прощу тебя, покоришься ты моей воле?
-- О, отец! -- воскликнула она с невыразимой тоской. Губернатор поднял голову, горькая усмешка мелькнула на его бледных губах.
-- Прочь! -- крикнул он, грубо отталкивая Эльмину. -- Прочь! Не желаю тебя знать!
И он быстро вышел.
Дон Лопес сделал было движение, чтобы последовать за ним, но любовь к дочери оказалась сильнее. Он остановился, прижал ее к сердцу и, толкнув в объятия Медвежонка Железная Голова, вскричал с невыразимой скорбью: