Пункт пятый. Капитан имеет право на одного пленника из ста, остальные командиры -- по одному из двухсот. Королю поступит десятая часть всей добычи, другая десятая доля будет отложена для вдов и сирот Береговых братьев, убитых во время экспедиции.
-- Клянемся!
-- Теперь же, братья, о том, что касается изувеченных и раненых. Для них будет отделено вознаграждение до раздела добычи.
-- Браво! Да здравствует капитан! Послушаем, послушаем! -- вскричали флибустьеры, сильно заинтересованные этим последним пунктом.
Пункт шестой. Кто лишится обеих ног, получит тысячу пятьсот пиастров или пятнадцать невольников, по желанию; за потерю обеих рук -- тысячу восемьсот пиастров или восемнадцать невольников; за потерю одной ноги, все равно какой, правой или левой, -- пятьсот пиастров или пять невольников; за одну руку или кисть руки одинаковое вознаграждение -- пятьсот пиастров или пять невольников; за глаз -- сто пиастров или невольника; за оба глаза -- две тысячи пиастров или двадцать невольников, за палец -- сто пиастров или невольника. У кого будет изувечена рука или нога, тот получит такое же вознаграждение, как за потерю конечности, если бы ее оторвало или ампутировал хирург. Тому, кто получит опасную рану на теле, куда бы то ни было, причитается пятьсот пиастров или пять невольников.[ Этот странный договор исторически верен; он приведен целиком в любопытном произведении Александра Оливье Эксмелина. -- Примеч. автора ]
-- Это хорошо! -- одобрили флибустьеры. -- Капитан подумал обо всем. Да здравствует Медвежонок Железная Голова.
-- Итак, весь договор принят? -- спросил капитан.
-- Принят и скреплен присягой, -- весело вскричали авантюристы.
-- Так слушайте же теперь, братья, -- продолжал капитан, -- кого я назначил себе помощниками, уделив им часть своей власти; надеюсь, что мой выбор будет вам приятен.
Тишина водворилась мгновенно, как бы по волшебству.