-- Когда вы говорите суровым голосом и хмурите брови, настаивать бесполезно! Но может быть, вы мне скажете, зачем изменили имя, прежде чем отправиться в путешествие?
-- О! С большим удовольствием! Меня слишком хорошо знают как человека богатого, а на дорогах сейчас везде рыщут разбойники.
-- Только поэтому вы взяли другое имя?
-- Да, дорогое дитя. Я думаю, этого вполне достаточно. Благоразумие заставило меня так поступить.
-- Допустим, -- произнесла Долорес с лукавым видом, склонив набок голову. И вдруг вскричала: -- Взгляните, отец! Карета замедлила ход!
-- В самом деле, -- ответил старик. -- Что бы это могло значить?
Он опустил стекло, выглянул, но ничего не увидел. Экипаж в это время въезжал в ущелье Лас Кумбрес, и дорога здесь так петляла, что дальше двадцати пяти -- тридцати шагов ничего не было видно.
Старик подозвал одного из слуг, едущих за каретой.
-- Что случилось, Санхес? -- спросил он, -- мне кажется, карета замедлила ход.
-- Это правда, сеньор! -- ответил Санхес. -- Выехав из долины, лошади сбавили скорость. В чем причина, не знаю. Солдаты чем-то обеспокоены, перешептываются, озираются по сторонам. Словно чего-то боятся.