-- Боже! -- вскричал майор, невольно отступая перед сверкающим взором сестры.
-- Так вот! -- вскричала она с ужасным хохотом. -- Моя дочь выросла, ребенок превратился в очаровательную девушку, и теперь этот человек, этот палач, этот демон, почувствовавший, что его лютое сердце ягуара смягчилось при виде ангела, полюбил ее безумной любовью и хочет взять себе в жены!
-- Боже, какой ужас! -- воскликнул майор.
-- Чудовищно, не правда ли? -- продолжала она, не в силах справиться с душившим ее судорожным, нервным смехом, который тяжело было слышать. -- Он простил дочь своей жертвы! Да, он великодушен, он забыл о той лютой пытке, которой подверг отца, и теперь жаждет руки дочери.
-- Да ведь это чудовищно, сестра! Такая гнусность и такой цинизм невозможны даже у индейцев!
-- Неужели ты думаешь, что я обманываю тебя?
-- Подобной мысли мне в голову не приходило, сестра. Этот человек -- просто чудовище.
-- Да, да, чудовище!
-- Но ты видела свою дочь? Говорила с ней?
-- И что же?