-- О том господине, который приехал с краснокожими и заставил их отдать наш скот.
-- Не считая других услуг, которые он оказал нам. Если я теперь владелец плантации, то обязан этим только ему.
-- Это предостойный джентльмен, -- сказала миссис Брайт не без намерения.
-- О! Разумеется, -- прошептала Диана едва слышно.
-- Он француз, -- подтвердил Джон Брайт, -- это не подлежит сомнению; канадцы, волчьи сыны, не способны поступать так, как он поступил с нами.
Джон Брайт от всей души ненавидел канадцев, подобно всем североамериканцам; почему -- он не сумел бы сказать и сам, но эта ненависть была у него врожденной.
-- Ба-а! -- вскричал Уильям. -- Разве не все равно, откуда он родом? Это честный и благородный человек, настоящий дворянин. Что касается меня, то я знаю некоего Уильяма Брайта, который с радостью бросится за него в огонь и в воду.
-- Ей-Богу! -- вскричал скваттер, ударив по столу кулаком. -- Ты исполнил бы только свою обязанность и заплатил бы священный долг. Я готов многим пожертвовать, чтобы опять увидеться с этим славным малым и доказать ему, что я не какая-нибудь скотина неблагодарная!
-- Хорошо сказано, отец! -- воскликнул обрадованный Уильям. -- Честных людей мало в этом мире, нельзя не ценить тех, с кем тебя сводит судьба. Только бы нам когда-нибудь встретиться! Я докажу ему, каков Уильям Брайт.
Во время этого разговора Диана ничего не говорила; вытянув шею, с сияющим лицом и улыбкой на губах она с наслаждением слушала отзывы о том, кого полюбила с первого взгляда, сама того не подозревая.