Ивон Керголе носил ливрею, только, сообразуясь с обстановкой, он, подобно своим спутникам, был вооружен с ног до головы.
В настоящую минуту, как и у других двух путешественников, карабин лежал на земле подле его руки.
Три великолепные породистые лошади, полные огня, стреноженные в нескольких шагах от путешественников, с которыми мы познакомили читателя, спокойно жевали, набрав полный рот, побеги гороха и молодые побеги деревьев.
Мы забыли упомянуть о двух довольно странных привычках графа де Болье: во-первых, он никогда не снимал прехорошенькой одноглазки, вставленной в правый глаз и надетой на шею на черной ленточке, во-вторых, он носил постоянно лайковые перчатки, которые, надо сознаться, очень загрязнились и истерлись, к искреннему сожалению графа.
Спрашивается, по какому странному стечению обстоятельств эти люди, составлявшие такую резкую противоположность по происхождению, привычкам и воспитанию, оказались вместе милях в шестистах от всякого цивилизованного жилища, на берегу реки, если не совсем неизвестной, то, по крайней мере, до той поры еще неисследованной, и, дружески расположившись на траве, по-братски делили завтрак, до крайности скромный.
Мы объясним это читателю, изложив в нескольких словах сцену, произошедшую в степи за полгода до того дня, когда начинается наш рассказ.
Меткая Пуля был человек необычайно смелый; кроме того времени, когда он служил в компании пушных промыслов, он всегда охотился один, не опасаясь индейцев, поскольку презирал их, и находя в том, чтобы пренебрегать ими, наслаждение, какое испытывает храбрец, когда перед лицом Всевышнего, полагаясь лишь на свои собственные силы, борется с грозной и неизвестной опасностью.
Краснокожие знали и боялись его с давних пор. Меткая Пуля имел с ними неоднократные стычки, и почти всегда индейцы выходили из них сильно пострадавшими и оставившими немалое число своих воинов на поле битвы.
Разумеется, они поклялись охотнику в настоящей индейской вражде, удовлетворить которую может одна только мучительная смерть того, к кому ее питают.
Но так как они знали, с кем имеют дело, и вовсе не желали увеличивать число жертв, которые уже были принесены, то с выдержкой, свойственной их племени, решились выжидать благоприятного случая овладеть врагом, а до той поры только тщательно наблюдать за его малейшими движениями, чтобы не пропустить удобной минуты, когда она представится.