Ровно через час оба друга встретились у дверей гостиницы; трудно было выказать большую аккуратность. Они вошли, заказали завтрак и велели подать его в отдельную комнату.
Кушанья были вкусны, они очень проголодались и весело позавтракали.
-- Теперь поговорим, -- сказал капитан, опуская в кофе ложку сахара.
-- Поговорим, -- ответил с улыбкой Оливье. -- По-моему, ничего не может быть лучше, как после хорошего завтрака разговаривать с истинным другом, -- добавил он, облокотившись о стол с сигарой в зубах.
-- Это правда, однако через несколько часов ты по своей собственной воле лишишь себя, быть может навсегда, этого высокого наслаждения.
-- Что же делать? Человек ненасытен; неизвестность невольно влечет его, и он бросает все, чтобы гнаться за тенью. Басня Лафонтена вечно будет справедлива... Но поговорим о другом; по-моему, ничего не может быть глупее, чем философствовать после вина.
-- Ты прав. Твое здоровье!
-- Твое здоровье. Этот ром превосходен, он лучше водки с кофе; а ты как находишь?
-- Я люблю и то и другое. Знаешь, что я делал с тех пор, как расстался с тобой?
-- Нет. Откуда мне это знать?