Джонатан и Сэмюэль посмотрели друг на друга с унынием.
-- Довольно, -- сказал Джонатан, -- я вижу, что наше дело потеряно, и потому лучше сам уберусь отсюда подобру-поздорову.
При этих словах он глубоко вздохнул.
-- Может быть, и так, а может быть, и нет.
-- Что это значит? Уж не согласитесь ли вы продать мне эту землю?
-- Это полностью зависит от вас.
-- Я ничего тут не понимаю.
-- Молодой человек, достоинств которого вы не хотели признавать, не зная ни его благородного сердца, ни его прямодушных намерений...
-- О ком вы говорите?
-- О Джордже Клинтоне.