-- Благодарю, отец мой, -- сказала она, -- благодарю, что вы не настаиваете более на снисхождении к этому подлецу. Все было бы напрасно, вы поняли это: львица не может с большим ожесточением защищать своих детенышей от опасности, чем буду я отстаивать свое дитя -- увы! -- единственную отраду, что осталась мне в этой жизни, -- заключила она мрачно.
Потом, обратившись к капитану, она спросила:
-- Можете вы дать нам верное убежище -- мне и Флоре, племянник?
-- Могу предложить вам убежище, совершенно недоступное, в доме, где я живу.
Донья Лусия задумалась.
-- Вы уезжаете завтра?
-- Завтра, сеньора.
-- Я полагаюсь на вашу честь и на ваше благородство, -- сказала она, протягивая ему руку. -- Вы мой единственный родственник, я доверюсь вам... Дочь рассказала мне все. Завтра мы последуем за вами.
Молодой человек почтительно поцеловал протянутую ему прекрасную руку.