-- Я иду, -- перебил де Граммон и сделал движение, чтобы удалиться.
-- Позвольте, -- остановил его Филипп, -- я согласен на ваше предложение, но только с одним условием.
-- С каким?
-- Я буду ждать вашего возвращения, чтобы помочь вам, если будет нужно,
-- К чему? Ведь мы больше не друзья.
-- Но все еще братья.
-- Вы правы, я согласен.
Церемонно поклонившись своему сопернику, кавалер удалился, как призрак проскользнув сквозь кустарник. Филипп, оставшись один, стоял с минуту неподвижен и задумчив, потом приподнял голову, бросил подозрительный взгляд вокруг и, слившись, насколько возможно, с тенью, отбрасываемой ветвями деревьев, осторожно подошел к балконному окну и спрятался в чаще мастичных деревьев, стоявших в нескольких шагах от дома, где заметить его было почти невозможно. Место было выбрано прекрасно: гак как собеседники не имели никакой причины понижать тон разговора, слова их отчетливо доходили до Филиппа, который приготовился слушать, прошептав про себя:
-- Может быть, я еще ее увижу и поговорю с ней.
Разговор авантюристов, меры, принятые ими, потребовали довольно долгого времени, так что когда Филипп стал слушать разговор дона Фернандо и доньи Хуаны, он почти уже кончился. Молодая девушка говорила: