-- Вы клянетесь исполнить строгий приговор судьбы?
-- Клянемся, дон Эстебан.
-- Хорошо, сеньоры, -- продолжал он, сунув руку под шляпу и взяв колоду карт. -- Теперь вручите ваши души Богу, потому что через несколько минут один из вас предстанет пред Ним.
Дон Фернандо и дон Торрибио истово перекрестились и с тревогой устремили глаза на роковую колоду. Дон Эстебан тщательно стасовал карты, потом дал снять обоим противникам.
-- Будьте внимательны, сеньоры, я начинаю. Небрежно опершись на локоть, они курили пахитосы с нарочитой беззаботностью, которую, однако, опровергал настороженный блеск глаз.
Между тем карты быстро сыпались одна за другой, у дона Эстебана оставалось в руке не более пятнадцати. Он вдруг остановился.
-- Кабальеро, -- сказал он, -- подумайте еще раз.
-- Сдавайте! Сдавайте! -- лихорадочно вскричал дон Фернандо. -- Теперь последнюю карту мне.
-- Вот она! -- ответил дон Эстебан, открывая ее.
-- О! -- воскликнул дон Фернандо, бросая пахитоску. -- Пиковый туз. Видите, дон Торрибио, как это странно, ей-богу! Вы не можете никого винить, сама судьба обрекла вас на смерть.