-- За бумагу, о которой я сейчас говорил.
-- Прекрасно; и вы говорите, что она стоила дорого?
-- Страшно дорого, сеньор, но я не раскаиваюсь.
-- Сколько же вы заплатили за нее?
-- Увы! Целых девяносто тысяч пиастров.
-- Caray! Это действительно дорого.
-- Вот вы уж и осуждаете меня!
-- Я? Нисколько! -- с живостью воскликнул дон Мануэль. -- Если бы вы истратили вчетверо больше, и то я нашел бы, что вы отлично сделали. Разве я не убежден в вашей преданности товариществу и дружбе ко мне? К тому же, вам предоставлен карт-бланш, которым вы можете пользоваться, пока вам это нравится.
-- В таком случае, сеньор, я не хочу больше играть с вами, как кошка с мышью, -- сказал банкир, вытаскивая из портфеля бумагу. -- Вот что я вам припас напоследок. Надеюсь, что, прочитав содержимое этого рескрипта, вы не будете сожалеть о девяноста тысячах пиастров.
Дон Мануэль дрожащими руками развернул бумагу и пробежал ее глазами.