Ягуар, строгий приверженец индейских обычаев, безмолвно сидел около гостей и сосредоточенно дымил своей трубкой, терпеливо ожидая, когда они заговорят.
Наконец, спустя довольно долгое время, Транкиль выколотил о большой палец левой руки пепел из потухшей трубки и, обращаясь к молодому человеку, сказал:
-- Вы никак не ожидали моего прихода? Не правда ли?
-- Да, это так, -- ответил тот. -- Тем не менее, несмотря на всю свою неожиданность, ваше появление для меня очень приятно.
Охотник как-то странно сжал губы,
-- Кто знает? -- пробормотал он, отвечая скорее на собственные мысли, чем на слова Ягуара. -- Сердце человека -- таинственная, непонятная книга, прочесть которую считают себя в состоянии одни только безумцы.
-- Это не относится во всяком случае ко мне, охотник. Мое сердце известно вам в достаточной степени.
Канадец покачал головой.
-- Вы еще очень молоды. Сердце, о котором вы говорите, неизвестно и вам самому. За всю вашу короткую жизнь вы еще не испытали на себе вихря страстей, и он не подчинил еще вас своему мощному влиянию. Вот если вы сумеете стойко его встретить и мужественно устоять против его напора, тогда вы получите право высоко держать свою голову.
Слова эти были сказаны строгим тоном, к которому, однако, не примешивалось ни одной горькой нотки.