-- Боже мой! -- закричала девушка, быстро освобождаясь из рук Руперто. -- Оставьте меня, оставьте!
-- Ни с места! -- заорал Руперто, поднимаясь из-за стола. -- Иначе вам будет плохо.
Все бросились к молодой девушке, которая, полумертвая от страха, тщетно пыталась отворить дверь венты, чтобы скрыться.
Но вдруг, в тот самый момент, когда все трое ухватились своими грубыми, мозолистыми руками за ее белые и нежные плечики, дверь венты, засов которой девушка в замешательстве не могла отодвинуть, отворилась настежь, и на пороге показался человек.
-- Что здесь такое происходит? -- угрюмо спросил он, скрещивая на груди руки, и, неподвижно остановившись на пороге, оглядел присутствующих.
Голос пришельца звучал столь угрожающе, глаза его сверкали таким мрачным блеском, что трое наших героев в страхе невольно отступили к противоположной стене, с ужасом бормоча: "Ягуар! Ягуар!".
-- Спасите меня, спасите! -- закричала молодая девушка, вне себя от страха бросаясь к вошедшему.
-- Да, -- сказал тот громким голосом, -- я спасу вас, донья Кармела. Горе тому, кто к вам прикоснется!
И, взяв ее осторожно на свои мускулистые руки, он потихоньку положил ее на бутаку [Бутака -- складное деревянное кресло, скамейка.], где и оставил почти в бессознательном состоянии.
Человек, так неожиданно появившийся в нашем рассказе, был еще очень молод. Его безбородое лицо могло показаться детским, если бы его правильные черты с отпечатком почти женской красоты не освещались блеском больших черных глаз, сверкающий взгляд которых обладал такой силой, что редко кто был в состоянии его выдержать.