Марселен, которому добрый тон генерала вернул обычное хладнокровие, рассказал без утайки о всех своих похождениях, кончая разговором с матерью.
- Теперь, когда я исполнил свой долг, - простодушно прибавил он, - я чувствую, ваше превосходительство, что у меня с груди свалилась огромная тяжесть.
- Ты - храбрый мальчик, - сказал ему президент, дружески кладя руку ему на плечо, - я награжу тебя.
- Я не заслужил награды, господин, - отвечал юноша, - так как исполнял только свой долг.
В это время дверь отворилась и вошел полковник Доден.
- Ну?! - спросил президент, быстро поворачиваясь к нему.
- Извольте, ваше превосходительство! - с этими словами полковник подал президенту письмо и листок бумаги, который тот быстро пробежал глазами и спрятал под мундир.
- Я доволен вами, полковник! Но только ни слова никому, что вы узнали из этого письма, - прибавил он, сверкнув глазами. - Вы отвечаете головой; ваша карьера и ваша жизнь зависят от молчания. Поняли?
Полковник молча поклонился и вышел. Президент вернулся к Марселену, который, совершенно оправившись от смущения, с детским любопытством разглядывал богатую обстановку кабинета.
- Слушай! Ты, кажется, смышленый мальчик? Запомни же, что никто, даже твой господин и твоя мать, не должны знать, что ты был здесь и говорил со мной. Слышишь?