- О, даже чересчур! - с иронией проговорил негр.
- Как чересчур?! Ну вы, Флореаль, говорите что-то неладное. Подумайте, ведь если бы хоть доля правды была в ваших словах, то это было бы чудовищно.
- А между тем это правда!
- Объясните же, ради бога, иначе, я чувствую, сойду с ума.
- Черт возьми! - насмешливо проговорил негр, немного повернув голову к де Бирагу, по-прежнему молча сидевшему. - Все это так просто, что я недоумеваю, как это вы сами не догадываетесь. Хорошо платите своим рабочим; они получают от вас все, что ни попросят; работа их распределена так, что почти треть времени они могут располагать по своему усмотрению...
- Ну! - проговорил напряженно слушавший Колет, - все это мне хорошо известно; я даже так требовал всегда. Что же дальше?
- Дальше?! Очень просто! Таким-то обращением вы сами и испортили их. Вы, Жозеф, почти белый и, очевидно, совсем не знаете черных. Вы рассчитываете, что негры - люди как все прочие, что можно вволю кормить их и в то же время почти не заставлять работать. Вот в этом-то и ошибка: негр - это просто животное, которое ни на минуту нельзя оставить без дела, иначе он совершенно испортится и будет замышлять только дурное.
Флореаль засмеялся сухим и нервным смехом. Плантатор был оглушен; подобные соображения никогда не приходили ему на ум и казались настолько противоречащими здравому смыслу, что он подумал, будто негр шутит с ним. Но, к несчастью, это была не шутка. Да, такова она и есть на самом деле, натура негра, испорченная вековым рабством.
- Однако должно же существовать средство против этого зла! - проговорил метис после некоторого молчания.
- Есть, я воспользовался им!