- Я жених госпожи Колет и лучше, чем кто-либо другой, могу объяснить ей ваши слова, сударь!
- Благодарю вас, сударь!
- Дорогая Анжела, - начал де Бираг, обратившись к молодой девушке, - слова этого господина, очень темные и неясные для тебя, на самом деле очень просты. Человеческая природа, необлагороженная образованием, - этим божественным пламенем, которое одно может осветить мрак души человека и смягчить его сердце, показывая ему разницу между добром и злом, по существу своему злая. Таким образом, добро, которое оказывают известным порочным и невежественным существам, возбуждает у них вместо благодарности только ненависть. Эти низкие люди принимают благодеяния, оказываемые им, за обиды и считают долгом мстить за них.
- О, - прошептала девушка, - разве это возможно?
- К несчастью, это так, - продолжал де Бираг, - исключения, правда, бывают, но они очень редки; мозг негров, отуманенный диким суеверием Африки, не знает христианской любви, а питается только завистью, ненавистью и мщением - тремя страстями диких рас. Вот почему, дорогая Анжела, я и спрашиваю у вас, не можете ли вы указать на кого-нибудь из черных, кому бы вы часто помогали или вообще находились в частых сношениях.
Молодая девушка, до сих пор спокойно слушавшая жениха, при этих словах задрожала.
- Боже мой, - вскричал де Бираг, изумленный этой внезапной переменой. - Что с вами, Анжела?
- Ничего, благодарю вас, - отвечала она слабым голосом, - но ваши слова, дорогой Луи, пролили свет в мою душу. Я не смею произнести те имена, которые просятся на язык.
- Не бойся, дорогая Анжела, - проговорил плантатор, - я уже знаю эти имена. Первое - имя моего молочного брата, Флореаля-Аполлона?
- Да, брат, - не знаю почему, но этот человек всегда внушал мне ужас.