Однако погода изменялась все более и более; дождь пошел частый, ветер начал дуть сильнее; ехать становилось труднее по причине рытвин.
Дамы были принуждены уже с полчаса сесть в повозку.
-- Мы не можем ехать далее, -- сказал Мишель. -- Дорога становится ужасна; если будет продолжать ехать таким образом, мы скоро так увязнем в грязи, что и не выкарабкаемся. Нет ли в окрестностях какого-нибудь дома, где мы могли бы просить гостеприимства?
-- Может быть, и есть, -- сказал контрабандист с задумчивым видом. -- Здесь недалеко есть уединенный дом. В нем живут люди, не очень здесь любимые, и о них рассказывают много историй, которые бесполезно повторять.
-- Захотят ли они отворить нам? Подумайте, что уже час утра.
-- Время ничего не значит. Главное, чтоб нас не приняли за шпионов. Говорите вы по-немецки, капитан?
-- Да; зачем вы спрашиваете об этом?
-- Вы скоро узнаете.
-- А эти дамы говорят?
-- Говорят.