Исполнив эту обязанность, он сел философически на край дороги, чтоб не терять своих пленников из виду, и закурил трубку, бормоча сквозь зубы:
-- Подождем теперь приказаний капитана.
Глава XX. Катастрофа
Между тем Поблеско сделалось очень неловко, пока Паризьен так обращался с его свитой.
Том сжимал его все больше и больше, и если б Оборотень не подоспел вовремя, молодой человек был бы задавлен.
Горло Поблеско до того было стиснуто, что ему потребовалось несколько минут для того, чтоб прийти в себя.
-- Вы разбойники, злодеи! -- кричал он, когда наконец успел произнести несколько слов.
-- Разбойники! Вам угодно смеяться, милостивый государь, -- ответил Оборотень насмешливым голосом, -- если мы отнимем у вас оружие и бумаги, то за это оставим вам ваш кошелек. Верьте мне, вы слабее нас, покоритесь добровольно.
-- Негодяи! -- проворчал с бешенством Поблеско.
-- Негодяй и разбойник только вы, милостивый государь, -- сказал тогда капитан сухим голосом с выражением неимоверного презрения. -- Разве мы на вас напали? А теперь, когда вы доведены до невозможности и бессилия вредить нам, извините-ка, если можете, ваше поведение. Я готов вас выслушать.