-- Вот она, и крепко жму вашу! -- вскричал Мишель, глубоко тронутый. -- Жму ее как руку человека честного и с душой; но я остаюсь у вас в долгу и мы еще увидимся.
-- Пойдемте, -- сказал кабатчик дрожащим от волнения голосом, -- и сходите как можно тише.
Кабатчица ждала их у наружной двери.
-- Вы можете выйти, -- сказала она. -- Улица пуста.
-- Прощайте! -- ответили солдаты, стараясь скрыть волнующие их чувства.
-- Вперед! -- скомандовал офицер, пожимая в последний раз руку кабатчика.
-- Прощайте, да хранит вас Господь! -- сказали в один голос муж и жена.
Солдаты стали по двое в ряд и вышли на улицу.
Сердце так и стучало у них в груди. Безотчетная тоска спирала их дыхание, но все были тверды и непоколебимы в своем решении. Они уже принесли в жертву свою жизнь.
Дверь кабака затворилась за ними.