-- Однако вы мне обещали, -- сказала Элена тоном упрека.
-- Ты говоришь вздор, я ни слова не упоминала об этом; впрочем, успокойся, я пойду не одна, сам наш хозяин господин Иоган будет провожать меня.
-- Хороша защита, анабаптист?
-- Анабаптист такой же мужчина, как и всякий другой, как мне кажется; я видала их много в Германии.
-- Очень может быть, графиня, -- возразила молодая девушка нравоучительным тоном, -- но между анабаптистами немецкими и французскими большая разница.
-- Скажите, пожалуйста! Неужели здешние люди бесчестные?
-- О, нет! Напротив, это честнейшие люди на свете.
-- Так в чем же ты их упрекаешь?
-- Ни в чем, только для женщины это жалкие защитники.
-- Уж не трусы ли они? -- спросила, улыбаясь, графиня, в которой читатель, без сомнения, узнал госпожу де Вальреаль.