-- И на такой случай принята мера.
-- А! Какая же?
-- Я убью вас как бешеную собаку; итак, послушайтесь меня, бросьте ваши револьверы, которые не послужат вам ни к чему, и обнажите шпагу. Ваш достойный товарищ, который во все время свято хранил молчание, будет нашим секундантом за неимением лучшего.
Настало непродолжительное молчание. Штанбоу задумался; быть может, он искал средство, все равно, благородное или нет, избегнуть боя; но незнакомец зорко следил за его малейшими движениями.
-- Милостивый государь, -- сказал, наконец, барон, -- для меня, очевидно, что тот повод, который вы поставляете на вид, один предлог, чтоб скрыть причины более важные.
-- Быть может, вы и правы, -- согласился незнакомец ледяным тоном, -- но так как этой причины достаточно, никакой нет надобности излагать вам другие.
-- Положим, а теперь держитесь, милостивый государь, предупреждаю вас, я шпагою владеть умею.
-- Знаю, но и я не промах.
Барон обнажил свою длинную шпагу и стал в позицию с точностью и знанием дела, свидетельствовавшими о долгом изучении фехтовального искусства.
У незнакомца шпага уже была в руках. Между этими двумя людьми завязался безмолвный и ожесточенный бой.