-- Ну, вот тебе на! Старый солдат и боится промокнуть!
-- Не то, капитан, чтобы боялся, но, с позволения вашего, я предпочел бы не мокнуть. Хоть бы мне зонтик посчастливилось раздобыть, как у папских солдат! А ну, была, не была, куда ни шло!
Беседуя, таким образом, о том, о сем, путники вошли в лес вслед за собакой, которая все бежала впереди. Тропинка извивалась между деревьев бесчисленными изгибами и так была узка, что идти по ней не могли иначе как по одиночке. Вольные стрелки, точно краснокожие в Америке, пробирались в чаще гуськом.
Вдруг, после довольно крутого склона, по которому спускались минут с десять, собака остановилась и громко залаяла у густого кустарника, через который, по-видимому, иначе нельзя было пройти, как с помощью топора.
-- Надо смотреть в оба, -- сказал Оборотень. -- Том почуял что-то.
-- Успокойтесь, любезнейший, -- ответил Ивон, -- что почуяла собака, для нас не страшно; напротив того, мы пришли.
-- Пришли куда? -- осведомился Паризьен, который ничего не видел, кроме деревьев и кустарника.
-- К приюту, который я вам обещал, черт возьми! Отступите немного назад, товарищи, чтоб дверь могла отвориться.
Вольные стрелки переглянулись с изумлением и машинально отступили на шаг.
-- Это мы, Карл, -- громко сказал тогда капитан, -- отворите дверь, друг мой!