-- Это вздор, в четверть часа и помину не будет, когда вы согреетесь и пропустите стакан-другой шнапса, -- сказал сержант, которого постоянные лишения во время долгой службы сделали оптимистом.
-- Пожалуй, что и так, но пора бы мне прибегнуть к этим двум средствам, по вашему мнению, таким действенным.
-- Терпение, незнакомец, все в свое время. Начнем по порядку. Полагаю, вы не по собственному желанию очутились в том положении, в котором мы нашли вас.
-- Ваше предположение справедливо, сержант, несколько человек внезапно напали на меня, скрутили и бросили после того, как все обобрали, что было на мне.
-- Сапермент! Вот негодяи-то! Узнали вы их?
-- Чтоб узнать, надо было знать прежде, а я даже и не видал, так мгновенно было нападение.
-- Очень хорошо, однако дело что-то темно, -- сообразил сержант. -- Кто вы такой?
Поблеско, к которому теперь уже почти вернулись силы, никакой не имел охоты продолжать разговор в таком тоне, как начал его сержант.
-- Вы забываетесь, -- сказал он, гордо подняв голову, -- вы говорите не с равным. Предупреждаю вас из снисхождения, чтобы вы переменили тон, не то я сумею заставить вас раскаяться.
-- Однако, мейн герр неизвестный, -- возразил сержант, опешив и смутно подозревая, что имеет дело с важным лицом, -- я ведь спрашиваю для вашей же пользы и...