-- Этот молодец, -- шепнул Отто на ухо Мишелю, -- жаднее, видно, всего Ефраимова племени, взятого вместе, даю голову на отсечение, что он величайший ростовщик всего израильского народа.
-- Быть может, -- ответил Мишель тем же тоном и прибавил, обращаясь к незнакомцу с некоторой резкостью: -- К делу, милостивый государь, не будем терять драгоценного времени на пустые слова, мы здесь не для того, чтобы отличаться остроумием.
-- Позвольте вам заметить, -- возразил неизвестный, кланяясь с изысканной вежливостью, -- что не я перевел разговор на эту тему, я только отвечал на вопросы и, желая вас видеть, одну имел цель -- поблагодарить за услугу, оказанную мне так вовремя. Считая это долгом, я и вышел из своей тележки отыскивать вас, как имел честь докладывать. Теперь же я готов отвечать, как подобает благородному человеку, на все вопросы, какие вам угодно будет сделать.
-- Очень хорошо. Итак, вы говорите, что соотечественник нам?
-- Не позволите ли вы мне, во избежание допроса, часто тяжелого для обеих сторон, познакомить вас с собою в нескольких словах? Ведь мне нечего скрывать, я и буду говорить с полной откровенностью. Если б какая-нибудь часть моего рассказа случайно показалась вам темною, я поспешу снабдить вас всеми необходимыми объяснениями, к тому же я представлю вам доказательства в подтверждение моих слов. Рассказ мой будет короток, -- прибавил он с двусмысленною своею улыбкой, -- и потому не много отнимет у вас драгоценного времени.
-- Хорошо, говорите, мы слушаем.
-- Господа, -- начал незнакомец с вежливым поклоном всем троим слушателям, -- мое имя Иаков бен Израиль Дессау. В середине века семейство, из которого я происхожу, после разного рода превратностей, которые пересказывать долго, нашло, наконец, верное убежище в Дессау и приняло, по обычаю наших единоверцев, дабы избегнуть всякого смешения имен, очень немногочисленных, как вам, вероятно, известно, у израильтян, от этого города Германского Союза свое прозвище, которое и сохранило. Этим обычаем объясняется, что много евреев носят имена городов, деревень, гор и даже рек.
-- Стало быть, вы немец?
-- Извините, француз и добрый патриот в придачу, могу вас уверить.
-- Однако то, что вы сейчас сказали...