-- Напротив, это совершенно естественно, господин полковник; во-первых, барон вовсе не был умерщвлен.
-- Вы думаете?
-- Уверен, он проколот насквозь ударом шпаги, это означает борьбу, бой, поединок, что бы ни было, но уж никак не убийство, направление раны доказывает это, и она широка, чего не может быть при ударе кинжалом.
-- Пожалуй, вы и правы, -- ответил полковник и задумался.
-- Я определенно прав, удар нанесли с такою силою, что эфес шпаги уткнулся в грудь и оставил синяки, от удара этого раненый упал навзничь как громом пораженный.
-- Так он действительно проколот насквозь?
-- Конечно, но складки плаща барона, вероятно, ввели противника в заблуждение, рана нанесена сбоку и не коснулась ни одной жизненной части тела, страшная потеря крови и удар эфеса в грудь одни причинили оцепенение, в котором он находится, но оно не возбуждает ни малейшего опасения.
-- Я искренне этому рад, барон фон Штанбоу человек ума недюжинного.
-- Прибавьте, полковник, что он вполне предан своему отечеству, которому оказал в это время неоценимые услуги.
-- Кому это знать лучше меня! Он открыл нам путь в Эльзас и выдал все его средства обороны, словом, потеря его в настоящую минуту была бы невосполнима.