-- Я полагаю, что конь для тебя будет совершенно лишним.
-- Почему?
-- Да потому, что Гваделупы продолжают вести здесь войну и усердно занимаются мародерством, а конь, ты знаешь, лакомый кусок, ведь все они пешие.
-- Да, это правда, я об этом не подумал!
-- Ну, в таком случае подожди меня здесь одну минуту, -- и дон Рафаэль пошел в свою комнату, где поспешно переоделся.
Когда он снова вернулся к брату, то был совсем неузнаваем: на нем был полный наряд лесного жителя, начиная с гетр выше колена и кончая меховой шапкой. У левого бока висел продетый в железное кольцо мачете без ножен, а за пояс была засунута пара длинных пистолетов, топор, нож, пороховница и мешочек с пулями.
Между тем дон Лоп позаботился приготовить ему кое какие съестные припасы, которые уложил в сумку для дичи.
-- Ну, пойдем, -- сказал дон Лоп, -- Я хочу проводить тебя до опушки леса.
-- Прекрасно! спасибо тебе брат! -- сказал дон Рафаэль.
Вдруг отворилась дверь. Молодые люди разом обернулись; перед ними стояла донна Ассунта, бледная, взволнованная, но с выражением твердой решимости в лице. Она сделала шаг вперед и спросила с невыразимой нежностью в голосе.