-- Хорошо.
-- Теперь я снова прошу ее реверенсию не забывать меня в своих святых молитвах.
-- Будьте спокойны.
-- Мне остается теперь распроститься с ее реверенсией и святой общиной.
-- Да сопутствует вам Бог, брат мой!
-- Да, мать аббатиса, пусть Бог будет всегда со мной! -- отвечал дон Кандидо.
Задумчивый, медленным шагом вышел он из монастыря.
Но как только наш частный секретарь успел поставить одну ногу на тротуар, а другая еще была на последней ступеньке монастырской лестницы, его схватила за руку какая-то черноволосая женщина с крупными взлохмаченными кудрями, в шали из белого мериноса с красной каймой, кончик которой мел мостовую.
-- О, какое счастье! Сами олимпийские боги привели меня сюда. О, я не сомневаюсь более в судьбе, потому что нашла вас! -- вскричала она.
-- Вы ошибаетесь, сеньора, -- сказал изумленный дон Кандидо, -- я не имею чести вас знать и думаю, что и вы не знаете меня, несмотря на судьбу и на олимпийских богов.