-- А, очень хорошо! Вот это мне и объясняет твое постоянное счастье! -- сказала Эрмоса, иронично улыбаясь.
-- Правильно! Как говорит почтенный президент Соломон, и, если бы Луис был немного более сумасброден, он бы воспользовался могучим покровительством, которое ему предлагают в столь трудное для него время, то есть нанес бы визит сестре Ресторадора законов: он бы слушал чтение ее мемуаров, обедал с нею до прихода Риверы, запирался вместе с нею в ее спальне в то время, когда Ривера обедал... и после мне нечего было бы бояться доньи Марии-Хосефы и никого вообще.
-- Ну, Луис, не упускайте этого случая!
-- Дорогая Эрмоса, разве вы не знаете Мигеля?
-- Кто знает, быть может, он имеет основание говорить так?
-- Верно, кузина, верно: никогда не делают предложений, не имея полной уверенности в том, что они будут приняты. Что ты на это скажешь, Луис?
-- Я скажу, Мигель, что прошу тебя переменить тему разговора!
Молодой человек расхохотался.
-- Они неподражаемы! -- вскричал он. -- Аврора моложе тебя, Эрмоса, я -- моложе Луиса, однако мы будем гораздо благоразумнее вас: мы будем ссориться никак не больше трех раз в неделю. По крайней мере, я решил поставить дело так, чтобы иметь три примирения.
-- Но ты будешь заставлять ее страдать?