Не произнося ни слова, офицер рукой указывал рулевому направление, которого должна была держаться шлюпка, десять ружей, лежавших симметрично на дне лодки, блестели при свете фонаря.
Приблизительно через час офицер приказал убрать паруса и взяться за весла, уключины которых были заранее перевязаны полотном, -- и шлюпка быстро, в полной тишине направилась к берегу.
Огней в городе было совершенно не видно -- берег представлялся черной линией, тень которой принимала все более ясные очертания по мере приближения шлюпки.
По знаку офицера весла были подняты и шлюпка стала неподвижно.
Она была в трехстах метрах, не более, от берега.
Затем офицер, взяв две матросские шляпы, поместил между ними фонарь, так чтобы свет проектировался по прямой линии, при этом он приподнялся и стал держать фонарь на высоте своей головы.
Минут десять стоял он так, причем взгляды его и матросов были устремлены на берег, затем, покачав головой, он снова поставил фонарь на дно лодки, и по его знаку шлюпка продолжала свой путь.
Три раза офицер повторил тот же самый маневр.
Шлюпка все время плыла близ берега. Она только что обогнула маленький мыс, метров на сорок выступающий в русло реки офицер, начавший терять терпение, решил, однако, сделать еще попытку -- почти тотчас же на берегу появился огонек, как раз против того места, где находилась шлюпка.
-- Они там! -- прошептали моряки тихо, как ветер.