Король Генрих IV сначала пытался употребить против разрушителей меры кротости, но это только придало им дерзости. Тогда он прибег к более энергичным и репрессивным мерам, которые не замедлили сказаться: разрушители из нападавших превратились в обороняющихся.
Любое восстание, которое рассчитывает единственно на свои собственные силы посреди обшего равнодушия, чувствует себя нравственно побежденным, а за этим следует и совершенное уничтожение его. Вот в каком положении оказалась Жакерия разрушителей к началу нашего рассказа.
...18 июня 1595 года, часов в семь вечера, к гостинице, стоявшей на пересечении двух дорог, между Гурдоном и Сальвиаком, одновременно прискакали два всадника. Они примчались с двух противоположных сторон; оба были вооружены с головы до ног, укутаны в широкие плащи; шляпы с огромными полями почти закрывали их мрачные лица. Незнакомцы исподлобья бросали друг на друга далеко не дружелюбные взгляды.
-- Эй, хозяин! -- крикнули они почти в один голос, готовясь сойти на землю.
Явился трактирщик; он остановился на пороге, снял свой шерстяной колпак и с вежливой улыбкой вкрадчиво спросил:
-- Вы звали меня, господа?
-- Да,-- ответил один из всадников.
-- Если ты хозяин этой трущобы,-- добавил другой.
-- Прекрасно! Вы, стало быть, желаете говорить с трактирщиком?
-- Ну да, конечно! А то с кем же?