-- Вперед! Во имя Бога и короля! --скомандовал маркиз, собравшись с последними силами. Он не хотел умереть неотмщенным.
Кавалеристы бросились к ретраншементам.
-- Бейте их! -- скомандовал Стефан, каждый удар ужасной шпаги которого уносил человеческую жизнь.
Разрушители храбро выдержали первый кавалерийский залп.
Но на сей раз бешеный натиск роялистов был неотразим. Ретраншементы были взяты, и начался рукопашный бой.
Бунтовщики отступали шаг за шагом, сея смерть вокруг себя и словно увеличиваясь в численности.
Перед дверью одной из первых построек замка Стефан де Монбрен вместе с Жаном Ферре, Пастурелем и десятью другими храбрецами задержал приступ кавалеристов на целых двадцать минут.
Его длинная шпага, которую он держал двумя руками, опускалась с ужасающею точностью на головы врагов, и они падали к его ногам, как колосья, подкошенные серпом. Перед этой отчаянной кучкой храбрецов возвышался целый холм трупов; а они все продолжали разносить смерть и отбиваться от королевской конницы с беспримерною храбростью и стойкостью.
И все-таки деревня была занята королевским войском, и разрушители, окруженные со всех сторон, обратились в беспорядочное бегство.
Битва была, впрочем, уже давно проиграна, и замок взят; тем не менее разрушители еще отбивались и причиняли страшный урон королевскому войску, пораженному бешеною храбростью неприятеля.