Жанна дю Люк подняла голову, несколько минут с каким-то странным выражением смотрела на подругу и отрывисто, точно не договаривая слова, сказала, стиснув зубы:
-- Я это тоже поняла и уже начала делать то, о чем ты говоришь.
-- И хорошо, моя Жанна! Тогда тебе все удастся. Поверь, честные женщины, когда они захотят, умеют так кокетничать и так действовать на самолюбие мужчин, как не сможет ни одна самая красивая, самая неглупая из продажных женщин.
-- Ты ведь поможешь мне, Мари?
-- Клянусь, Жанна! Теперь и я тебе скажу, что я тоже начала действовать,
-- Как так?
-- После узнаешь. Сначала твердо условимся: мы ведь образуем с тобой наступательный и оборонительный союз, да, моя милочка?
-- Да, дорогая Мари!
-- Ну, бедный граф дю Люк теперь погиб безвозвратно! Против него две женщины!
-- Я хочу, чтобы он в несколько часов вытерпел все, что заставил меня вытерпеть в эти два месяца.