Он сделал знак двум замаскированным людям, неподвижно стоявшим поодаль.
Те подошли и схватили Диану. Пока один держал ее, другой снимал с нее обувь; потом они подняли бедную девушку на руки, перенесли через комнату, положили на пол перед камином и стали держать в таком положении, что подошвы маленьких ног находились у самого огня.
Диана де Сент-Ирем была женщиной. Она обладала тем нравственным мужеством, которым в известных случаях жизни отличаются женщины, но никогда не испытывала физической боли; она принадлежала к числу щеголих, которых лелеют и нежат. В ней положительно не было того нервного и бессознательного мужества, которое порождается бедствиями, потому что она до сих пор не встречалась с несчастиями.
Едва ощутив прикосновение первого, несколько острого жара от раскаленных добела углей, она стала слабым созданием, каким и была в сущности, и после напрасных попыток освободиться из рук своих мучителей горько зарыдала.
-- Будете отвечать? -- спросил по-прежнему невозмутимо президент.
-- Да, да!-- вскричала она раздирающим голосом. -- Но избавьте меня от этих ужасных мучений!
-- Вы будете отвечать? Даете мне слово?
-- Клянусь! Только сжальтесь, сжальтесь, ради самого неба! О! Какое страдание!..
Президент подал знак.
Те же двое людей подняли девушку и посадили на прежнее место.