-- Что вы хотите, Оливье?
-- Дайте мне поцеловать моего сына, моего Жоржа.
-- Нет, граф; я не могу позволить вам прикоснуться к его лбу губами, еще влажными от поцелуев этой твари.
-- Жанна, прошу вас...
-- Нет, Оливье,-- горько отвечала она.-- Не настаивайте, это невозможно. Я могу сделать только одно, если вы хотите...
-- Что же?
Из-под платка, лежавшего на столе, графиня взяла медальон и, показывая его графу, сказала:
-- Узнаете вы его, Оливье? Это мой портрет, который я вам дала в день рождения нашего Жоржа, портрет, который вы поклялись носить вечно у сердца и вместо того за поцелуй отдали женщине, приславшей его мне. Этот портрет я повешу на шею вашему сыну, чтобы смыть с него позорное пятно.
-- О, вы безжалостны!-- воскликнул в отчаянии граф и бросился, как сумасшедший, из комнаты.
Графиня привстала и прислушалась к шуму шагов убегавшего Оливье, потом вдруг зарыдала и, бросаясь на шею герцогине де Роган, вскричала: