Костюм отличался необыкновенной простотой: он был одет в легкий панцирь, под которым виднелся поношенный кожаный камзол; широкие синие шаровары исчезали в громадных ботфортах с широкими раструбами и большими звенящими шпорами; на шляпе красовалось большое перо. Огромная шпага была прикреплена к портупее, на которой висел также небольшой кинжал. Все эти вещи сильно потерлись от времени и употребления. Широкий пояс в данную минуту был снят и лежал на столе рядом с пистолетом и шпагой.
Одним словом, граф вывел заключение, что субъект принадлежит к числу тех, с кем далеко не безопасно встретиться на большой дороге.
Солдат окончил ужин, залпом опустошив огромную кружку вина. Затем, крякнув, он вынул маленькую черную трубочку, постучал ею об стол, вытряхнул пепел, зарядил ее табаком и зажег трутом, причем проделал все это с чрезвычайно довольным видом человека, занятого перевариванием прекрасного ужина. Густое облако табачного дыма совершенно скрыло его голову.
Граф почувствовал какое-то инстинктивное влечение к этому человеку. Но только он хотел заговорить с ним, как явился хозяин, призванный дочерью; мысли графа сразу были отвлечены в совершенно иную сторону, и он мгновенно вспомнил о собственных делах.
Прелестная Маделена снова уселась за конторку; отец же ее направился к графу и снял колпак.
-- Ну? -- спросил граф.
-- Я исполнил ваши приказания,-- ответил хозяин.
-- Ты видел его?
-- Да, сударь, я его видел.
-- Что он сказал тебе?