Вслед за ним вошел Клод Обрио -- свежий, хорошенький, веселый.
-- А, наконец-то явились, милостивый государь!-- сказал Оливье, притворяясь, что сердится на него.
-- Да, я вернулся, монсеньор,-- отвечал паж, лицемерно опуская глаза.
-- Можно узнать, где вы были? Разве преданный паж бросает своего господина в битве, не заботясь даже узнать, что с ним?
-- Я виноват, конечно, монсеньор, по Бог свидетель, я думал сделать лучше.
-- Бросив меня?
-- Я не так выразился, монсеньор.
-- Так объясните откровенно, что случилось?.. Ты ведь знаешь, дитя,-- прибавил он, помолчав немного,-- что я тебя люблю и ищу только, чем бы тебя извинить. Ну, говори!
-- Монсеньор, я знаю, что вы всегда были очень добры ко мне, мне только жаль, что я до сих пор не мог доказать вам моей благодарности, но надеюсь, скоро буду иметь эту возможность.
-- Что ты хочешь сказать?