-- Вот это-то именно и заставило меня призадуматься... Сегодня с самого восхода солнца мы не видели ни птиц, ни животных -- пустыня вокруг словно вымерла.
-- Вы абсолютно правы, но что из этого следует? -- спросил дон Мигуэль.
-- Из этого следует, дорогой друг, что другие путешественники проехали или прошли по этой самой дороге незадолго до нас... Появление их и заставило обитателей пустыни бежать отсюда прочь. Вполне возможно, что какие-то люди затаились где-нибудь поблизости. Теперь вы меня понимаете?
-- Конечно. Что же вы намерены делать?
-- Скоро увидите, потерпите немного.
Затем он подозвал четверых канадцев, сказал им что-то шепотом, и те, вскочив опять на лошадей, галопом помчались в направлении, противоположном реке.
Когда они скрылись из виду, Луи Морэн подошел к своим друзьям.
-- Выслушайте меня, -- сказал он. -- Нет никакого сомнения, что в ущелье, на том берегу, нас поджидают враги... Что они собой представляют? -- он бросил многозначительный взгляд на дона Мигуэля. -- Этого я пока достоверно не знаю... Они, видимо, рассчитывают напасть на нас во время переправы через реку и всех перебить, не потеряв ни одного убитого или раненого... Вот, что я вам хочу теперь предложить. Вы, дон Гутьерре, вместе с сеньоритами, будете ждать здесь моего возвращения. С вами останутся раненые пеоны, которые возьмут в руки оружие в случае нападения на вас, чего я, однако, не допускаю... Что же касается дона Мигуэля и меня, то мы с остальными пеонами переправимся через реку вместе с фургонами и пустой каретой с опущенными шторками... Если мое предположение верно и нам действительно устроена ловушка, то наши враги начнут стрелять, как только мы войдем в воду... Доверьтесь мне: я беру всю ответственность на себя... Ну, а теперь за дело, время не ждет.
-- Прошу прощения, -- возразил Гутьерре, -- позвольте мне заметить, что ваш план тщательно продуман и в успехе его я не сомневаюсь ни на минуту, однако мне кажется, в нем есть одно слабое место.
-- Какое, сеньор?