-- Вы жестоки ко мне, дядюшка, -- улыбаясь, отвечал молодой человек, -- но я уповаю на беспристрастную справедливость моих прелестных кузин и совершенно спокойно отдаю свою судьбу в их руки.
-- Не рассчитывайте на это, кузен, все ваши комплименты и хитроумные уловки вам не помогут. Предупреждаю, мы будем судить строго, -- сказала Сакрамента, грозя ему пальчиком.
-- Я буду защищать вас, кузен, -- вмешалась Жезюсита.
-- Ах! Сестра! Как же так?.. Ты меня покидаешь!.. Что же я могу сделать одна?
-- Вы должны простить меня, даже если я и виноват, кузина, потому что, как бы ни была велика моя вина, ее превосходит мое почтение и восторг перед вами.
-- Ну, вот, -- проговорила она улыбаясь, -- вот я и обезоружена с самого начала? Молчите, сеньор, я не хочу вас слушать, я страшно зла на вас.
-- Не поможете ли вы мне, дядюшка? Не сжалитесь ли вы над моим бедственным положением?
-- Нет, нет, разбирайтесь сами, как знаете, это меня не касается, я не стану вмешиваться ни за что на свете.
-- Ну, кузен, тогда я вас не покину, -- сказала Жезюсита, -- я буду защищать вас перед сестрой, тем более, что она сгорает от желания вас простить.
-- Неужели это правда? -- вскричал молодой человек, невольно обнаруживая охватившую его радость.