Действительно, всадники смело въехали и стали лавировать между громадными обломками гранита, мрачными скалами и утесами, переправились через реку и затем стали сворачивать вправо.
Матадиес шел все время за ними следом, сдерживая дыхание, опасаясь произвести малейший шум; всадники ехали шагом, опустив поводья, очевидно, ничего не опасаясь и ничего не подозревая.
-- Ну, на этот раз они мне попадутся в лапы! -- думал он. И вдруг чуть ли не в тот самый момент, без малейшего предостережения -- тяжелый сарапе упал ему на голову, окутав ему лицо и плечи; в то же время чьи-то сильные ловкие руки схватили его, опрокинув навзничь и, несмотря на его необычайную силу, крепко и проворно скрутили его. Все это сделалось так быстро, что он не успел даже и крикнуть, впрочем, это было совершенно невозможно, потому, что сарапе, окутывавший ему голову, был завязан у него на рту.
-- Эх, молодцы! Какой шустрый, разудалый народ! -- шептал он про себя. -- Вот это ловко!!
Несмотря на то, что сам он был в данный момент лицом страдательным и находился во власти своих противников, Матадиес, как истый артист, восхищался их удачным и остроумным приемом, а каковы должны были быть для него лично последствия, об этом он мало заботился.
Затем он почувствовал, что его подняли на руки и с невероятной быстротой пронесли куда-то, но в каком направлении -- он этого, конечно, не мог определить. Это быстрое движение длилось более получаса, а затем он вдруг почувствовал, что его бережно опустили на землю, и чей-то насмешливый голос прошептал ему в самое ухо:
-- До свидания! Но не приходите опять туда, помните, что любопытство -- смертельно опасная штука!
Затем он услыхал быстро удаляющиеся шаги, которые вскоре затихли в отдалении.
-- Как видно, мы теперь прибыли к месту назначения. Куда это меня эти черти завезли? Да этот леший еще трунит надо мной. Как бы то ни было, но они готовят мне какой-нибудь сюрприз и, конечно, не совсем приятный.
Однако, кругом было совершенно тихо, казалось, он был совершенно один.