-- Это невозможно, дитя мое! -- с волнением в голосе отвечал растроганный гаучо. -- Но оставаться здесь тебе нельзя, тут тебя могут съесть дикие звери. Хочешь ехать со мной?
-- С радостью! Вы -- добрый человек, ведь вы не сделаете мне ничего дурного?
-- Я? Упаси меня Бог! Напротив, я буду очень любить тебя! -- И, схватив мальчика на руки, он принялся целовать его так крепко, что чуть не задушил.
-- Как это приятно, когда ласкают и любят! -- сказал мальчик. -- Ведь если мы их встретим, тех, вы не позволите им бить меня, как они это всегда делали?!
-- Не бойся, я никому не дам тебя в обиду!
-- Правда?
-- Да, я тебе обещаю, что никто не посмеет теперь тронуть тебя!
-- Ах! -- радостно воскликнул мальчик, обхватив шею своего нового друга обеими ручонками. -- Как я буду любить вас за это!
Тем временем наш путник успел уже вскочить в седло, поместив перед собой ребенка; после чего продолжал свой путь, на этот раз не шагом, а полной рысью: он спешил домой.
Во все время пути ребенок не переставал болтать, а его новый друг и покровитель охотно отвечал ему, шутил с ним и смеялся. Не прошло и четверти часа, как этот рослый, сильный человек и бледный, слабенький ребенок стали лучшими друзьями в свете. Можно было подумать, видя их вместе, что они издавна знакомы: так хорошо они понимали друг друга и так глубоко сочувствовали одному и тому же.