-- Вот условие: если вы будете иметь успех, я вам заплачу пятьсот тысяч ливров.
-- Это ваше дело. Не теперь будем говорить о деньгах, после -- другая статья!
-- Все будет зависеть от того, что вы сделаете, -- сказал граф, вставая и надевая свой плащ. -- Теперь я вас оставляю, уже становится поздно. У меня еще много дела, я опять приду...
-- Дайте месяц времени; если будет в промежутке что-нибудь новое, я вам сообщу.
-- Отлично. Так будет лучше. До свидания.
-- Мое почтение, граф.
Витре, слегка поклонившись, сошел с лестницы, напевая вполголоса модную песенку, и вышел, не принимая никакой предосторожности, а стараясь только не выпачкаться в грязи в этом глухом переулке. Он шел крупными шагами, не оглядываясь ни вправо, ни влево.
Только что граф повернул за угол переулка, как ему представилось какое-то необыкновенное движение в подозрительной груде мусора. Потом внезапно, как черт из игрушечной коробки, показался из кучи сора какой-то человек высокого роста, что-то бормотавший сквозь зубы и ругавшийся.
-- Еще десять минут, и я задохнулся бы без покаяния. Чтобы черт побрал старого дурака, на которого приходится постоянно работать; его трудно провести, как старую приказную крысу. Но главное не медлить.
Разговаривая так с собою, неизвестный вышел из дыры, проделанной в куче сора, и быстро распустил громадное покрывало, которым он плотно был окутан, чтобы по возможности меньше выпачкаться грязью. Одежда его не пострадала ничем, что доставляло ему немало удовольствия. Завернувшись в плащ, он поспешил в глубь переулка, который был от него не более четырех или пяти шагов.