-- Говорите, это мое дело.
-- Верно, это не мое дело, но я вождь, мой язык не лжет.
-- Знаю, говорите, мои уши открыты.
-- Отлично, слушайте: месяц тому назад один великий бледнолицый вождь, француз, приехал к нашему вождю с богатыми подарками; за несколько дней до приезда этого вождя приезжал другой француз, предупредив о приезде второго, первый уехал с Нигамоном для грабежа на французской границе по берегам Матери вод; а великий белый вождь, отправляясь в колонию, купленную янки у голландцев, хотел взять мое племя к себе в конвой для охраны.
-- Вы говорите про Новую Англию или Нью-Йорк?
-- Да мне все равно; мне кажется, что этот великий вождь хочет превратиться в янки и не любит свою нацию.
-- Дальше, -- сухо заметил Белюмер.
-- Проходя один девственный лес, лежащий на расстоянии трех дней ходьбы отсюда, мы нашли труп первого француза. Великий вождь был страшно рассержен, топал ногами и что-то громко кричал на своем языке, которого мы не понимаем; у мертвого во всех карманах было золото; вождь взял его и роздал нам, говоря, что он не хочет уже идти к янки, а вернется к французам, чтобы догнать Нигамона, и он свернул в эту сторону, где, как он сообщил нам, хотел поговорить со своими охотниками, ехавшими с ним в одном направлении.
-- И вы послушались его?
-- Он был щедр и давал водку.