Отпустив от себя индейца Онеида, сообщившего ему о победе маркиза Мокальма, Сурикэ отвел в сторону Мишеля Белюмера и несколько минут тихо говорил с ним; поговорив, они разошлись. Старый охотник быстро отправился в лес, а Шарль Лебо также поспешно подошел к графине Меренвиль, которая показывала ему знаками, что хочет с ним говорить.
Она хотела знать, что ему сказал краснокожий, с которым он так долго говорил.
Охотник, вполне понимая нетерпение графини узнать результат разговора, с нескрываемой радостью стал рассказывать приятные новости, сообщенные индейцем.
Графиня с чувством поблагодарила охотника, добавив:
-- Скоро вы намерены приготовить нам палатку, мы очень устали, теперь спешить нужды нет, мы можем отдохнуть, не правда ли?
-- Совершенно верно, графиня!
-- Признаюсь, мы были бы очень рады этому отдыху, если только вы ничего не боитесь.
-- Все опасности миновали и, надеюсь, надолго, графиня; неприятель слишком занят своими делами, чтобы еще думать о нас, к тому же мы окружены французами, страх теперь лишний.
-- Я очень рада, если вы, такой осторожный и недоверчивый, находите, что опасность миновала, то мы можем быть вполне покойны.
-- Я осторожен потому, что охраняю слишком драгоценное сокровище и подвергаюсь большой ответственности, -- отвечал, улыбаясь, Шарль Лебо.