-- Хорошо.
Сурикэ ушел, потирая руки; какая-то странная улыбка играла в углах его рта.
Если бы графиня могла его видеть в эту минуту, она была бы очень заинтересована, желая узнать, чему так радуется этот обыкновенно бесстрастный, спокойный человек.
-- Эге, -- говорил между тем охотник, уходя от Меренвилей, -- графиня первая заговорила об остановке, она предупредила, и это во многих отношениях для меня очень хорошо.
И он тотчас же распорядился об устройстве лагеря, который через два часа был уже готов.
-- Лошади очень устали, -- говорил он с легкой усмешкой и искоса поглядывая на дом в ответ на вопросы вождей.
В течение целых трех дней ничем не нарушалось спокойствие в их тихой, ровной жизни.
Однажды утром графиня, зная о тесной дружбе старого охотника с молодым, спросила Сурикэ, почему она не видит Белюмера, куда он скрылся с первого же дня остановки.
-- Мой друг был бы очень счастлив, узнав, что вы интересуетесь им, графиня.
-- Ваш друг Белюмер, -- отвечала графиня, -- оказал нам большую услугу во время нападения ирокезов.