Взойдя на борт, молодой человек поспешил к шевалье де Ганделю, который прохаживался по палубе с каким-то другим офицером.
-- Благодарю вас, сударь, за доброту, -- сказал Шарль, кланяясь, -- я явился и отдаюсь в ваше распоряжение.
Шевалье де Гандель улыбнулся и сказал, обращаясь к другому офицеру:
-- Что я вам говорил, капитан? Разве я был не прав?
-- Молодой человек поступил честно, и я его поздравляю, -- отвечал капитан самым учтивым тоном, -- я ему припомню этот честный поступок; да, сударь, я о вас позабочусь. Милый шевалье, -- прибавил он, -- у вас рука счастливая, не все наши пассажиры походят на этого господина.
Молодой человек поклонился и скромно отошел в сторону.
Капитан "Слона" был человек лет сорока, довольно красивый, с мягким характером и приятным обращением; он был младшим братом генерал-губернатора Новой Франции, его имя было барон де Водрейль.
"Слон" составлял часть транспорта, состоявшего из 15 судов с войсками и припасами для Канады, под начальством адмирала Биенкура. Вскоре после полудня на адмиральском корабле был дан сигнал к отплытию, и весь транспорт тронулся, распустив паруса.
Опершись на борт, Шарль Лебо печально глядел на берег Франции, которую он покинул, быть может, навеки; очертания берега становились все туманнее и наконец слились с облаками, исчезли на горизонте; тогда молодой человек вздохнул, уронил голову на грудь и заплакал.
Свершилось: непроходимое пространство отделило его от всего, что он любил; он остался один-одинешенек, без цели в будущем, осужденный на ужасное изгнание, на жизнь среди людей, принадлежащих к другой расе, людей диких и свирепых.