-- Я, право, не знаю, хорошо ли сделаю, если приму столько одолжений, дон Валентин.
-- Милый друг, будь вы один, я не преминул бы воспользоваться вашей помощью, потому что вы храбры, честны и преданы: три качества, очень редко соединяющиеся в одном человеке. Но с вами сеньора, о которой вы должны прежде всего подумать. Не будем же больше говорить об этом, и дайте мне кончить: перейти Кордильеры, чтоб опять спуститься в саванны, было бы слишком долго и опасно, в особенности вблизи Дозерета; притом, если бы даже не было никакого препятствия, так ваше путешествие длилось бы несколько месяцев; вспомните, что мы здесь живем в неизвестной стране, на окраинах Америки. Но я придумал лучшее средство; вам надо будет проехать Соединенные Штаты. С хорошими проводниками, о, я дам вам самых лучших, -- вы дня через три, не более, будете у Минозоты, а там вы уж очутитесь между цивилизованными людьми; лошади, железные дороги, кареты, всевозможные способы передвижения будут в вашем распоряжении. Не пройдет и двух недель, как вы снова будете в вашей гасиенде дель Рио-Браво дель Порте, -- нравится вам это?
-- О да, да, вы так добры! Как я вас люблю! -- вскричала молодая девушка со слезами на глазах. -- Вам мы будем обязаны нашим счастьем.
-- А вы, дон Пабло, ничего не говорите?
-- Я не знаю, как сказать... -- в смущении заговорил молодой человек.
-- Что, идя в пустыню, вы взяли мало денег, так, что ли?
-- Признаюсь, дон Валентин; если вы уж сами угадали, так что ж мне скрывать. И вот теперь, несмотря на то, что я очень богат, у меня нет необходимых денег на путешествие по Соединенным Штатам, и я принужден отказаться от него и возвратиться туда, откуда пришел; У меня в бумажнике едва ли наберется пятьсот пиастров.
-- Что ж, это порядочная сумма, но все-таки ее недостаточно.
-- Ну, вот видите, -- жалобно ответил он, -- а нас еще восемь человек.
-- Это правда.