-- Говорите, что нужно делать? -- отвечала решительно молодая девушка, -- приказывайте.
-- Поспешите накинуть плащ на ваши плечи, -- ответил он прерывающимся голосом, -- пусть мисс Гарриэта сделает то же самое, и последуйте обе за мной, главное без колебания и страха, наступила великая минута. Я не скрываю от вас, сеньорита, что дело идет о вашей смерти или свободе!
-- Я хочу быть свободной! -- вскрикнула Розарио с одушевлением.
Блю-Девиль поднял тогда одно из покрывал, вынул несколько ветвей и, сделав знак двум молодым девушкам следовать за ним, вышел с ними вместе этой импровизированной дверью из хижины.
Эта хижина была построена так, что почти примыкала к горе.
В этом месте она возвышалась небольшим отлогим уступом, так что без большой усталости можно было взобраться по ней, укрываясь между кустарниками и придерживаясь за них, чтобы сохранить равновесие.
Блю-Девиль шел вперед и расчищал дорогу своим молодым спутницам.
Наконец, после долгих усилий и усталости трое беглецов успели обогнуть лагерь в направлении противоположном тому, где расположился капитан.
Они выбрались тогда на тропинку, которая была довольно широка, что позволило им подвигаться вперед с большей быстротой, так что менее чем через три четверти часа они достигли кустарников, где стояли приготовленные муллы под присмотром Пелона и доверенного лица, о котором лейтенант говорил предварительно донне Розарио.
-- Здесь вы будете в полной безопасности, -- сказал он, -- какой бы шум вы ни услыхали, не показывайтесь, скрывайтесь до того времени, как я к вам не возвращусь. Я клянусь честью, что никакая опасность не может здесь вас застичь. А ты, -- прибавил он, обращаясь к эмигранту, -- ты помнишь, что ты мне обещал?